Ст. 1-15 Пройдя через Амфиполь и Аполлонию, они пришли в Фессалонику, где была Иудейская синагога. Павел, по своему обыкновению, вошел к ним и три субботы говорил с ними из Писаний, открывая и доказывая им, что Христу надлежало пострадать и воскреснуть из мертвых и что Сей Христос есть Иисус, Которого я проповедую вам. И некоторые из них уверовали и присоединились к Павлу и Силе, как из Еллинов, чтущих Бога, великое множество, так и из знатных женщин немало. Но неуверовавшие Иудеи, возревновав и взяв с площади некоторых негодных людей, собрались толпою и возмущали город и, приступив к дому Иасона, домогались вывести их к народу. Не найдя же их, повлекли Иасона и некоторых братьев к городским начальникам, крича, что эти всесветные возмутители пришли и сюда, а Иасон принял их, и все они поступают против повелений кесаря, почитая другого царем, Иисуса. И встревожили народ и городских начальников, слушавших это. Но сии, получив удостоверение от Иасона и прочих, отпустили их. Братия же немедленно ночью отправили Павла и Силу в Верию, куда они прибыв, пошли в синагогу Иудейскую. Здешние были благомысленнее Фессалоникских: они приняли слово со всем усердием, ежедневно разбирая Писания, точно ли это так. И многие из них уверовали, и из Еллинских почетных женщин и из мужчин немало. Но когда Фессалоникские Иудеи узнали, что и в Верии проповедано Павлом слово Божие, то пришли и туда, возбуждая и возмущая народ. Тогда братия тотчас отпустили Павла, как будто идущего к морю; а Сила и Тимофей остались там. Сопровождавшие Павла проводили его до Афин и, получив приказание к Силе и Тимофею, чтобы они скорее пришли к нему, отправились

Опять они проходят малые города, но поспешают в большие, из которых, как бы из какого источника, слово могло распространяться в соседние города. По обычаю своему Павел вошел в синагогу иудейскую. Хотя он сказал: «мы обращаемся к язычникам» (Деян. 13:46), но не оставил и тех, потому что питал к ним великую любовь. Послушай, в самом деле, что он говорит: «Братия! желание моего сердца и молитва к Богу об Израиле во спасение» (Рим. 10:1), и: «я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих» (Рим. 9:3). Он делал это как ради обетования Божия и славы Его, так и для того, чтобы в противном случае не соблазнились эллины. «Три субботы говорил с ними из Писаний, открывая и доказывая им, что Христу надлежало пострадать и воскреснуть из мертвых и что Сей Христос есть Иисус, Которого я проповедую вам». Видишь, как он, прежде всего, проповедует о страдании; так, (апостолы) не стыдились этого, но были уверены, что это спа­сительно. «И некоторые из них уверовали и присоединились к Павлу и Силе, как из Еллинов, чтущих Бога, великое множество, так и из знатных женщин немало» (ст. 4). Только сущность беседы изложил (пи­сатель); так он не многоречив и не везде излагает целые речи Павла. «Но неуверовавшие Иудеи, возревновав и взяв с площади некоторых негодных людей, собрались толпою и возмущали город и, приступив к дому Иасона, домогались вывести их к народу. Не найдя же их, повлекли Иасона и некоторых братьев к городским начальникам, крича, что эти всесветные возмутители пришли и сюда, а Иасон принял их, и все они поступают против повелений кесаря, почитая другого царем, Иисуса» (ст. 5-7). О, клевета! Опять обвиняют их в государственном преступлении. «Все они поступают против повелений кесаря», говорят, «почитая другого царем, Иисуса».

«И встревожили народ и городских начальников, слушавших это. Но сии, получив удостоверение от Иасона и прочих, отпустили их» (ст. 8-9). Удивителен этот муж, подвергший опасности себя и спасший их. «Братия же немедленно ночью отправили Павла и Силу в Верию, куда они прибыв, пошли в синагогу Иудейскую. Здешние были благомысленнее Фессалоникских: они приняли слово со всем усердием, ежедневно разбирая Писания, точно ли это так» (ст. 10-11). «Благомысленнее», т.е. более послушные. И смотри, они не просто, но тщательно исследовали Писания (это именно означает – «разбирая»), желая из них более удостовериться касательно страдания (Христова), так как они уже веровали. «И многие из них уверовали, и из Еллинских почетных женщин и из мужчин немало. Но когда Фессалоникские Иудеи узнали, что и в Верии проповедано Павлом слово Божие, то пришли и туда, возбуждая и возмущая народ. Тогда братия тотчас отпустили Павла, как будто идущего к морю; а Сила и Тимофей остались там» (ст. 12-14). Смотри, как он и отступает и опять насту­пает, и многое делает по-человечески. «Сопровождавшие Павла проводили его до Афин и, получив приказание к Силе и Тимофею, чтобы они скорее пришли к нему, отправились» (ст. 15). Но обратимся к вышесказанному. «Три субботы», говорит (писатель), «говорил с ними из Писаний». И хорошо, потому что тогда они не были заняты. Тоже делал и Христос, поучая часто из Пи­саний, а не всегда посредством знамений. Так как они проти­вились ему и клеветали на него, как бы на обольстителя и раз­вратителя, то он и беседует с ними из Писаний. Кто ста­рается убедить посредством одних только знамений, тот легко навлекает на себя подозрение; а кто убеждает из Писаний, тот не подвергается такому подозрению. И мы видим, что он часто убеждал посредством учения; в Антиохии, когда он учил, собрался к нему весь город; и это – великое дело, и также знамение, и притом не малое, но весьма большое. А чтобы (апостолы) не думали, что они сами собою совершали все, для того Бог попускает им быть гонимыми. Отсюда происходило два блага: они не высокомудрствовали, как бы преодолевая все сами собою, и с другой стороны не страшились, как бы ви­новные в чем-нибудь; так по устроению (Божию) было и то, что они призывались (с места на место). «Уверовали», говорит (писатель), от честивых еллин множество много «и из знатных женщин немало» (ст. 12). А (иудеи) противились. Почему же тот, кто говорил: «нам идти к язычникам, а им к обрезанным» (Гал. 2:9), беседовал с иудеями? Он делал это от избытка (ревности). Если же нужно было беседовать и с иудеями, то почему он опять говорил: «ибо Содействовавший Петру в апостольстве у обрезанных содействовал и мне у язычников» (ст. 8)? Как те (апостолы) беседовали и с язычниками, хотя были посланы к обрезанным, так и он более беседовал с (язычниками), но не оставлял и (иудеев), чтобы не показалось, что они разделились.

Почему же, скажешь, он наперед входил в синагоги? Он убеждал язычников через иудеев, тем, о чем бесе­довал с иудеями. Он знал, что это особенно располагало язычников к вере. Потому он говорил: «Апостол язычников» (Рим. 11:13); и все послания его направлены против иудеев. «Что Христу», говорит, «надлежало пострадать». Если надлежало пострадать, то и воскреснуть; первое гораздо удивительнее последнего. Если (Бог) ни в чем невиновного (Христа) предал на смерть, то тем более справедливо, что Он воскресил Его. «Но неуверовавшие Иудеи», говорит (писатель), «возревновав и взяв с площади некоторых негодных людей, собрались толпою и возмущали город». Следовательно, здесь было больше эллинов. «И», принимают «некоторых», потому что иудеи считали себя недостаточными для возмущения (народа) и не име­ли основательной к тому причины. Они всегда производили это с шумом и при помощи негодных людей. «Не найдя же их», говорит, «повлекли Иасона». О, насилие! Повлекли их пря­мо из домов их. «Все они», говорят, «поступают против повелений кесаря, почитая другого царем, Иисуса». Так как они не говорили ничего противного законам и не возмущали го­рода, то обвиняют их в другом, государственном, преступ­лении. Но чего вы страшитесь, если (Христос) умер? Смотри, как гонения везде служат к распространению проповеди. «Здешние были», говорит (писатель), «благомысленнее Фессалоникских», т.е., никакого зла (апостолам) не делали; они уверовали, а те поступают напротив, производя возмущение. «И многие из них», гово­рит, «уверовали, и из Еллинских почетных женщин и из мужчин немало». Опять здесь веруют эллины. Заметь, что они удалились по предусмотритель­ности, а не по страху; иначе они перестали бы проповедовать и тех раздражали бы еще более. А теперь произошло два бла­га: и неистовство тех прекратилось и проповедь распространи­лась. Достойно бесчиния иудеев выразился (писатель), сказав, что они «пришли и туда, возбуждая и возмущая народ», и тем изобразив их неукротимое неистовство. «Тогда», говорит, «братия тотчас отпустили Павла, как будто идущего к морю». Здесь они отпускают одного Павла, потому что за него опасались, чтобы он не потерпел чего-нибудь, так как он был их главою. Так, не везде дей­ствовала благодать, но оставляла им действовать и самим по-человечески, возбуждая их и располагая к бодрствованию и вниманию. Смотри: она избавляла их (от опасностей) до Фи­липп, а от этого места уже нет. «И, получив», говорит (писа­тель), «приказание к Силе и Тимофею, чтобы они скорее пришли к нему, отправились». Так и следовало; где был Павел, там нужно было быть и им. Хорошо, что они приведены были Богом в Македонию, так как Греция была уже славною. Притом (Павел) делал иное с избытком. Христос повелел (проповедни­кам) жить от благовестия, а он не делал этого (1 Кор. 9:14-15), Христос не посылал его крестить (1 Кор. 1:17), а он крестил. Видишь, как он был равно способен на все. Петр (пошел) к обрезанным, а он к язычникам, к многочисленнейшей части. «Но сии, получив», говорит, «удостоверение от Иасона и прочих, отпустили их». Смотри, как Иассон, дав «удостоверение», избавил Павла и таким образом положил за него душу свою. «Здешние были», говорит, «благомысленнее Фессалоникских», т.е., были такими по добродетели и вере в Бога. «Они приняли слово со всем усердием, ежедневно разбирая Писания, точно ли это так», – не просто, по увлечению или соревнованию.

Город был большой и в нем были негодные люди. Нет ничего удивительного, что в большом городе были худые люди; весьма естественно быть худым людям в большом городе, где так много случаев к бесчинствам. Как в те­ле, когда болезнь делается сильнее, то находит себе более материала и пищи, – так и здесь было тоже, что и в Иконии, что бывает и теперь. Павел удаляется, чтобы они (иудеи) оста­лись виновными в погибели других (необращенных). Почему Павел и говорил: «препятствуют нам говорить язычникам» (1 Фес. 2:16). А почему, скажешь, они не остались здесь? Почему не совершили знамений? Если (Павел) оставался довольно времени там, где был побиваем камнями, то тем более (мог остать­ся) здесь. Почему? Богу не было угодно, чтобы они постоянно совершали знамения; и если гонимые побеждают без знамений, то это есть не меньшее знамение, как и совершать знамения. Как теперь (Бог) побеждает без знамений, так точно Он часто благоволил побеждать и тогда. Апостолы не прибегали к знамениям, как и Павел говорит: «мы проповедуем Христа распятого» (1 Кор. 1:23); ищущим знамений и премудро­сти мы сообщаем то, в чем иной не мог бы убедить и при помощи знамений, и убеждаем. Это и есть великое знамение. Когда же проповедь распространялась, то, смотри, как часто они прибегают к знамениям. Для верующих следовало со­вершать больше знамений, нежели для прочих; потому они и совершаются; впрочем (апостолы) совершали их тогда, когда уходили и приходили. «Отпустили», говорит (писатель), «Павла, как будто идущего к морю». Для чего? Чтобы (иудеям) не легко было взять его. Таким образом (отпустившие Павла) сами по себе могли сделать нечто великое, а с ним сделали бы и успели бы еще более: но они хотели пока избавить его от опасности.

Гомилии на Деяния Апостолов.

Ст. 1-9 Прешедше же Амфиполь и Аполлонию, внидоста в Солунь, идеже бе сонмище иудейское. По обычаю же своему Павел вниде к ним, и по субботы три стязашеся с ними от писаний, Сказуя и предлагая им, яко Христу подобаше пострадати и воскреснути от мертвых, и яко сей Иисус, егоже аз проповедаю вам, есть Христос. И нецыи от них вероваша, и приложишася к Павлу и Силе, от честивых еллин множество много, и от жен благородных не мало. Возревновавше же непокоршиися иудее, и приемше крамолники некия мужи злыя, и собравше народ, молвяху по граду: нашедше же на дом Иассонов, искаху их извести к народу. Не обретше же их, влечаху Иассона и некия от братий ко градоначалником, вопиюще: яко иже развратиша вселенную, сии и зде приидоша, Ихже прият Иассон: и сии вси противно велением Кесаревым творят, царя глаголюще иного быти, Иисуса. Смятоша же народ и градоначалники слышащыя сия: Вземше же довольное от Иассона и от прочих, отпустиша их

Прешедше же Амфиполь и Аполлонию. Небольшие города проходят мимо и спешат в большие; так как из последних слово Божие должно было распространяться по ближним городам. Внидоста в Солунь, идеже бе сонмище иудейское. Хотя Павел и сказал: се обращаемся во языки (Деян. 13:46), но он не оставлял и иудеев; потому что очень сожалел об них. Стязашеся с ними от писаний, сказуя и предлагая им, яко Христу подобаше пострадати и воскреснути от мертвых. Прежде всего проповедует о страдании; так как признавал это спасительным. От честивых еллин множество много. Честивыми еллинами называет иудеев, говоривших по-гречески; называет их честивыми, потому, что они соблюдали закон; или же разумеет причисленных к иудеям пришельцев, из еллинов. И сии вси противно велением Кесаревым творят, царя глаголюще иного быти, Иисуса. Точно также и Иисуса обвиняли отцы их, говоря, что царем Себя называет. Но те имели хотя несколько правдоподобный предлог; так как обвиняемый был еще жив. А эти на что рассчитывали в своей лжи, когда говорили об апостолах, что они называют царем Иисуса, который, по их мнению, умер и бояться которого земным царям было уже нечего; так как они видели, что Он вовсе уже не появлялся?

Пройдя через Амфиполь и Аполлонию, они пришли в Фессалонику, где была Иудейская синагога

Амфиполь - афинская колония, в то время главный город первого округа Македонии, на речке Стримоне, к юго-западу от Филипп.

Аполлония - небольшой город к юго-западу от Амфиполя, причислявшийся тогда к македонской провинции Мигдонии.

Фессалоника или Солун (прежде - Фермы) - главный город второго округа Македонии, при Фермейском заливе Эгейского моря, резиденция римского претора, город торговый и густо населенный. Евреев здесь было очень много, имелась и синагога.